Самый первый наш кот — это Шурик, кот очень своенравный, всегда делал только то, что хотел. Пока он рос, все члены семьи были исцарапаны и покусаны, обои и шторы были изорваны, вазы разбиты. К тому же этот кот был очень обидчивый и обиды долго не прощал, устривал настоящие засады, и когда обидчик проходил мимо, набрасывался, кусал, как правило, за ноги и мгновенно прятался.
Кот был пушистый, шерсть летала повсюду, а вычесывать страшно не любил , рычал, кусался и царапался, и в итоге шерсть на «штанишках» и животе сваливалась в тугие комочки, которые с риском для здоровья приходилось вырезать ножницами. Если его приходилось купать, то это был стресс для всей семьи, Шурик завывал диким голосом, и мы боялись, что соседи вызовут милицию. Но мы любили этого бандита, и все ему прощали.
Когда в доме появился маленький серый Ушастик, Шурику было два года. И этот кусачий неуправляемый кот стал для котенка и мамой, и папой, и верным другом. Малыш насасывал из пушистой шерсти Шурика сосочки и сосал, как ребенок сосет пустышку, Шурик терпел, вылизывал малыша, спал рядом с ним, и можно сказать, что он его вырастил. Жили они ну просто душа в душу, и мы долгие годы наблюдали их привязанность друг к другу.
После смерти Шурика Ушастик долго его ждал, искал, и однажды привел меня к миске Шурика, и так красноречиво он посмотрел на эту миску, а потом мне в глаза, и нельзя было не понять, что это был вопрос: где Шурик? И как-то сразу сник, перестал играть, и с двумя другими котами, поселившимися у нас, так и не подружился. И когда я смотрю в его желтые большущие глаза, мне кажется, что он, вопреки всеобщему мнению, помнит Шурика.
Оставьте комментарий